Привет, я Вася

— Привет, — скажет он, и по-свойски протянет тебе руку, — а я Вася.

Вася. Хаотично покрашенные в рыжий волосы, зашитая кое-как прореха на неуверенно зеленой куртке, длинный и худой первокурсник с голубыми глазами. 16 лет прошло, но я, кажется, каждый раз представляю, как вон-тот-милый-мальчик 38, например, лет подойдет ко мне и тоже, просто и беззастенчиво протянув руку, скажет: — Привет, а я Макс или Саша, или Степа, — и что-то в нем будет такое же нахальное, и голубые глаза.

Жалко, что за 16 лет я стала нахальнее некоторых мальчиков, и чаще подхожу сама. И глаза у меня, не голубые, а темные, цыганские, и наполовину грустные, как у того черно-белого спаниеля из фотографии в старом Кофебине на аэропорту.

— Здравствуйте! — все время говорят мне баристы, когда заходишь туда за сладким кофе, — здравствуйте! (хором), — и ты вздрагиваешь немножко, и нехотя говоришь: — Добрый вечер, мне, пожалуйста, раф сделайте.

И сразу понимаешь, что ты устала от всех этих бодро-фальшивых приветствий, и таких же кисло-натянутых прощаний, которых вопреки простой арифметике становится больше, чем встреч, а еще ты к тому же устала от многих лиц, от офисов, от километров и ожиданий, от планов, которые кто-то (в основном ты сама) куда-то постоянно двигает, и как-то отдельно уже успела устать от того, что становится (что делает?) холодно: и дома, и на улице, и в офисах, от которых, как я уже писала, как-то необъяснимо устала уже давно, а от повторений ранее сказанного устала аж смертельно. (Не жизнь, а праздник.)

Но все же, устав от кофе, ты берешь очередной картонный стаканчик, и выходишь в темный ветреный вечер, украшенный морем огней. — Здравствуйте! — говорит тебе поздний вечер, перетекающий в раннюю ночь, и пока рука твоя согревается стаканчиком, ты согреваешься изнутри кофе, и согреваешь потом собой позднюю маршрутку, везущую таких же потрепанных понедельником и даже немножко злых пассажиров домой.

А вспомнив того Васю, ты в мыслях расплывчато улыбаешься, накинув капюшон, и как бы спрятавшись от всех, но кто-то из сидящих напротив все равно подсматривает за тобой и невольно улыбается в ответ.

— Извините, вы не передадите за одного? — говорит тебе тот-милый-мальчик-38-лет, и высыпает в ладонь монетки, теплые от того, что они прождали в руке тебя, которая села сразу за водителем. — Меня зовут Леша, а вы тоже до Митино? — спросит он, и без очков едва ли ты различишь, какие там у него глаза, нахальные или голубые, но все-таки горячий кофе (без кофеина) и случайный попутчик (без прописки) делают твой вечер намного теплей, и обо всех этих годах после Васи ты забываешь почти сразу, а офис остается так далеко, что перестает тебя тревожить и волновать, и даже позвякивающий сообщениями телефон внутри кармана не отвлекает от болтовни.

Ну Леша, откуда ты Леша, подумаешь Леша, ну ладно, мне тут выходить, пока-хорошей-недели, Леша.

Плюс один, минус один, ну и что. Подумаешь. Леша.

Приходишь домой и достаешь одеяло потолще и вторую подушку.

И как начинаешь отдыхать.